###Виктор ЛЕОНЕНКО: «В Динамо уничтожили меня как футболиста» ###

Накануне дня рождения Виктор Леоненко откровенно ответил на вопросы от своей жизни и карьере.

«Ребята из команды сбрасывались мне по 20 рублей»

- Виктор Евгеньевич, вы родились в Тюмени, где климатические условия все же больше для хоккея подходят, чем для футбола. Как выбрали вид спорта?
- Я и в хоккей играл. Хотя условия были ужасные. Мы в футбол играли на маленькой баскетбольной площадке, а посередке еще и тропинка была - люди ходили. И рядом же был каток, на котором играли в хоккей.

В хоккей играли рослые ребята, а я был маленький. До 15 лет мой рост был 1,33 м. Я сейчас, кстати, когда награждаю ребят на детских турнирах, то всегда нахожу самого маленького и вручаю кубок ему. А тогда мне казалось, что я играю с мужиками. Рядом со мной все были, словно Хачериди! Именно поэтому я, наверное, и пошел в футбол - если бы на меня надели хоккейную форму, то я бы в детском комплекте до 20 лет играл.

- Приглашение в «Геолог» как случилось?
- Я с мужиками играл на первенство города, меня заметили. Но год я, по сути, только тренировался с командой, за мной следили. Потом еще год я выходил на замену, а потом начал забивать. И всем стало привычно, что я играю, несмотря на то, что мне только 17 лет. Я всегда говорю, что если есть результат, то тренер может выпускать хоть из яслей футболиста!

Мои ребята из команды, чтобы меня поощрить, сбрасывались по 20 рублей. Вот эти 220 рублей и была моя зарплата в 1988 году. А потом приехали из «Динамо» (Москва) и забрали, хотел я того или не хотел.

- Прямо принудительно забрали?
- Я же в армии служил. Поэтому и забрали. А я готовился к киевскому «Динамо», уже и квартиру в Киеве выделили, и «Мерседес» 190-й новый, я был готов ехать. Я мечтал о киевском «Динамо», но мне пришлось отслужить в Москве.

- Но ведь и Газзаев, который тогда тренировал московское «Динамо», вас не обидел. После 220 рублей в Тюмени у вас какие гонорары стали?
- Да главное были даже не гонорары. Он меня, мальчишку, сразу поставил в основной состав! Дал квартиру в «динамовском доме», где он жил. И машину Fiat Croma. И теперь мы с ним друзья, слава Богу. Хотя он обижался на меня, когда я сбежал в киевское «Динамо». В футболе Газзаев мне дал практически все.

Меня тогда и в коллективе, кстати, сразу приняли, никто не травил. Ребята поддержали. И присадили меня на пиво, с тех пор я пиво пью. Курить я начал тоже в Москве, но это мне не мешало. Это Суркисы говорили, что я пьяница, но я их сразу предупредил, что могу выпить пива и курю, но знаю меру. Какая разница, куришь ты или не куришь, если на сборах работаешь точно так же, как остальные.

Я, кстати, смог бросить. Мне батюшка сказал, что брошу – так и случилось, вот как раз в день финала ЧМ-2010, и вот я уже восемь лет не курю.

«Система - как у проституток за границей»

- Как вас приняли в киевском «Динамо»?
- Я из Москвы приехал уже готовым футболистом и тренером. Знал все схемы, все модели игры. Хотя тогда в «Динамо» у нас особой тактики не было. Играли, как получится. Установка на тренировку от Сабо была: «Ты готов играть?» Я говорил: «Да!» Вот так и общались. У Сабо, скорее всего, была зависть, почему молодой так много знает. Пузач со мной практически не разговаривал. Фоменко тоже. Он вообще откуда-то с неба взял, что у меня лишний вес, и всем ходил рассказывал, что это он обыграл «Барселону» (3:1 осенью 1993-го в 1/16 ЛЧ, на счету Леоненко – дубль. - Прим. ред.).

- У вас с Сабо отношения вообще не складывались?
- Сабо постоянно орал. У него все были виноваты. Я с ним даже не хотел договариваться. Зачем? Я знал, что я умнее тренера. Сабо же пытался быть и мамой, и папой - по квартирам ходил. Я не пускал его.

- Вас штрафовали?
- Штрафовали, но никогда не оштрафовывали. Григорий Михайлович все видел и все прощал, потому что я давал результат. Так же было, и когда Сабо нашел у меня в номере на сборах банки из-под пива: за две недели у нас с Призетко собралось 15 банок. Я не стал сдавать Призетко, сказал, что все выпил сам - по одной банке в день. Должны были оштрафовать, но я забил мяч - и все забылось.

- Как вам работалось с начинающими нападающими Шевченко и Ребровым?
- Это им со мной хорошо работалось. Шева и не скрывал, что он ходил с открытым ртом и наблюдал за мной, пытался повторить то, что я делал. Я учил их, иногда кричал, когда видел тупость. Но это не